Севрский договор 1920 года: кто не выучил уроки.
СТАНИСЛАВ ТАРАСОВ, 11.08.2020.
Для Турции сегодня «армянский вопрос» утерял практическое значение. Он воспринимается исключительно как гуманитарное измерение. Другое дело курды, которые по Севрскому договору 1920 года могли получить государственность. Сейчас этот дискурс исторически, политически и геополитически реанимирован. Вырваться из капкана Анкаре будет непросто.
На днях известное турецкое издание Yeni Safak в статье, явно приуроченной к 100-летию подписания Севрского мирного договора, анализируя нынешнее геополитическое положение Турции на Ближнем Востоке, призвала «не поддаваться романтическим иллюзиям нынешней борьбы Анкары за статус главной региональной державы».
По мнению издания, «на самом деле Турция продолжает находиться под тенью Севра, сталкивается с нерешенными проблемами, оставшимися в регионе после окончания Первой мировой войны», а задача исследователей и политиков — «приподнять плотную завесу, до сих пор скрывающую последствия той войны, после которой последовал распад Османской империи и в регионе на ее осколках появились новые государства». «Нет никакой необходимости ходить вокруг да около, — считает Yeni Safak. — Пора все назвать своими именами». Недавно к этому призывал и президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган: «В 1920 году они нам показали Севр (Севрский договор), в 1923 году вынудили к Лозанне (Лозаннскому договору). Кое-кто пытался ввести нас в заблуждение, представляя Лозанну в качестве победы. Разве это победа?» Анкара уверена в том, что «продолжается игра, как в шахматы, по установленному не ею порядку и постоянно меняющимися игроками».
Кстати, премьер-министр Армении Никол Пашинян в приветственном обращении к участникам научной конференции в Ереване, приуроченной к 100-летию Севрского договора, призвал исследователей провести «объективный анализ этого документа, подписанного сто лет назад, и событий, которые ему предшествовали». Он отметил, что «спустя столетия после потери независимости власти Армении впервые подписали международный договор с великими державами мира». Более того, по его словам, «договор также установил бесспорную историческую связь армянского народа с Армянским нагорьем, где армянский народ жил, тысячелетиями создавал государственность и культуру». Пашинян неслучайно обратил внимание на необходимость анализа событий, которые предшествовали Севру. Прежде всего, отметим, что Северский договор так и не был ратифицирован турецкой стороной, он был заключен с султаном, который фактически не обладал в стране властью.
Главная интрига была в другом. Согласно договору, Турция признавала Армению самостоятельным государством (ст. 88); к Республике Армения (преимущественно территории Восточной Армении) присоединялись западноармянские области общей площадью 95 тыс. кв м. В соответствии со ст. 351 Армения получала беспрепятственный выход к Черному морю через Трапезунд и Батумский порт. Проблема, во-первых, была в том, что после Геноцида армян 1915 года, затронувшего Восточную Анатолию, у Еревана не было абсолютно никаких ресурсов для освоения этих территорий. Во-вторых, Антанта не выступала в роли гаранта их сохранения хотя бы частично. В-третьих, практическая реализация договора неизбежно вела к войне Армении с ведущим освободительную борьбу в Турции, но не признанным тогда Мустафой Кемалем. Это предвидели московские большевики, которые предлагали дашнакцаканскому правительству альтернативное решение. Наркоминдел РСФСР Георгий Чичерин предлагал Армении отказаться от подготовки Севрского договора и вступить в контакты с Кемалем, который был готов к определенным компромиссным территориальным решениям.
Но это было, конечно, не то, что обещали Армении по Севру. Если бы тогда Ереван принял сценарий Москвы, то нынешняя граница Армении с Турцией была бы иной, а Карский договор 1921 года был бы написан в другой редакции. Но положения Севрского договора, как напишет потом один из идеологов партии «Дашнацутюн» Ованнес Качазнуни, «ослепили армянскую сторону». По его словам, «сегодня мы понимаем, как бы выиграли, если бы осенью 1920 года пришли с турками к непосредственному соглашению по Севрскому договору. Но тогда мы этого не понимали. Факт, причем непростительный факт, был в том, что мы ничего не сделали, чтобы избежать войны». Кемаль начал войну против Армении и выиграл. Ереван был вынужден сесть за стол переговоров с кемалистами, чтобы подписаться под сдачей Карса и других территорий, а также отказаться от Севрского договора, подписав Александропольский договор. И при этом были испорчены отношения с Советской Россией. Вскоре произошла советизация Армении.
Если экстраполировать ситуацию на сегодняшний день, то для Турции армянский вопрос утерял практическое значение. Он воспринимается исключительно как гуманитарное измерение. Другое дело курды, которые по Севру могли получить государственность, а сейчас этот дискурс исторически, политически и геополитически реанимирован. Курдов на Ближнем Востоке активно поддерживают США, союзник Турции по НАТО. Вырваться из «курдского капкана» Анкаре будет непросто. Кстати, во французской редакции Севрского договора предусматривалось создание Курдского государства «восточнее Евфрата», то есть там, где сегодня нечто подобное планируют сделать США в Сирии (в английском варианте договора этот пункт опущен — С. Т.). В этой связи французское издание Le Point отмечает, что «Турция не собиралась довольствоваться буферной зоной между собой и курдами и не откажется от прежних геноцидных наклонностей». Только времена другие, и возможности иные.
Все нынешние конфликты в этом регионе (Ливия, Йемен, Сирия, Ирак, Палестина, курдская проблема) стали следствием «нарезки» границ на руинах Османской империи, проигравшей Первую мировую войну. И сто лет спустя Турция чувствует для себя опасность. Бумеранг Севра возвращается на Ближний Восток. [1]