СЕВРСКИЙ ДОГОВОР: В ЧЬИХ ИНТЕРЕСАХ?.
Во время Первой мировой войны Тройственному союзу – Германии, Австро-Венгрии и Италии противостояла Антанта – союз России, Англии и Франции. Результат войны, как известно, оказался драматическим. Четыре империи: Российская, Австро-Венгерская, Германская и Османская в результате войны вообще распались; государства же, созданные на территории Российской империи, вынуждены были искать поддержки у Антанты. Польша, Литва, Латвия, Эстония и Финляндия сохранили независимость, остальные были присоединены к Советской России (и впоследствии – к СССР).
После победы над Германией в 1919 году Верховный совет Антанты практически выполнял функции «мирового правительства», занимаясь устроением послевоенного порядка, однако провал политики Антанты в отношении России и Турции обнаружил предел ее могуществу, подтачиваемому внутренними противоречиями между державами-победительницами. В этом политическом качестве «мирового правительства» Антанта прекратила существование только после образования Лиги Наций.
В России немедленно после Февральской революции Временное правительство упразднило посты генерал-губернаторов в Закавказье и Туркестане и передало власть комитетам, созданным из депутатов Думы, являвшихся местными уроженцами.
Закавказье переживало непростые времена. Три главные политические партии Кавказа – азербайджанская Мусульманская демократическая партия (Мусават), армянская Дашнакцутюн и грузинская социал-демократическая – сразу же после Февральской революции в ответ на признание со стороны Временного правительства получили гарантии автономии в рамках будущей федеративной России. В конце мая 1918 г. в Закавказье в результате сложных политических процессов были провозглашены три независимые республики: Грузия,
Армения, Азербайджан. Четких границ между ними не могло быть по определению, и разногласия возникли незамедлительно. Почти сразу же начались боевые действия между Арменией и Азербайджаном, возник территориальный конфликт между Арменией и Грузией. Некоторые современники указывали в этой связи на влияние внешних факторов. Так, автор статьи в первом издании Большой советской энциклопедии (вышла в 1926 г.), писал, что правительство Азербайджана само пригласило турецкие войска, а правительство Грузии пригласило войска Германии, которая решила разместить там одну «кавалерийскую бригаду и 5-6 пехотных батальонов». Но сделать это не успела – осенью 1918 г. Германии надо было разбираться со своими проблемами – перемирием и революцией, в результате чего в Грузии побывали лишь две немецкие роты.
К концу 1920 г. Республика Армения (1918-1920) контролировала области Еревана, Карса, Ардагана, Карабаха, Зангезура и Нахиджевана. А в ходе национальных съездов Карабаха в 1918-1920 гг. принимались решения о присоединении области к Республике Армения. Однако установление советской власти в Закавказье, ликвидация недолго просуществовавших независимых республик изменили ситуацию во всем регионе.
На все это следует обратить внимание для того, чтобы была ясна сложившаяся в мире ситуация к моменту подписания в Севре мирного договора, который формально оформил раздел территории Османской империи.
10 августа 1920 г. в Севре – небольшом городке недалеко от Парижа, был подписан Севрский мирный договор. Подписантами были с одной стороны страны Антанты, к которым присоединились: Италия, Япония, Бельгия, Греция, Польша, Португалия, Румыния, Королевство сербов, хорватов и словенцев, королевство Хиджаз (провозгласившее независимость от Османской империи в 1916 г.), Чехословакия и Армения. С другой стороны было только правительство султанской Турции.
Севрским мирным договором Турция и союзные державы признали независимость Армении. Согласно документу, Турция заявляла, что «признает Армению, как то уже сделали союзные державы, в качестве свободного и независимого государства». Согласно разделу «Армения», к Республике Армения переходила территория некоторых вилайетов Турции. На третейское решение президента США Вудро Вильсона, который был назначен арбитром, представлялось определение границ между Арменией и Турцией и принятие всяких мер относительно выхода Армении к морю и демилитаризации оттоманской территории, прилегающей к этой границе. Границы Армении в Закавказье должны были устанавливаться на Парижской мирной конференции. Содержались в договоре и положения, связанные с геноцидом 1915 года и устранением его последствий: «Чтобы исправить в наиболее широкой мере зло, причиненное лицам во время зверств, совершавшихся в Турции во время войны, оттоманское правительство обязуется оказать всяческую поддержку, свою и оттоманских властей, - розыску и освобождению всех лиц всякой расы и всякой религии, исчезнувших, похищенных, интернированных или лишенных свободы после 1 ноября 1914 года» и «торжественно обязуется облегчить в пределах возможности оттоманским гражданам нетурецкого племени, насильственно изгнанным после 1 января 1914 года из своих очагов либо страхом перед зверствами, либо в силу всякого иного способа принуждения, возвращение к своим очагам, а также возобновление своих дел».
22 ноября 1920 г. В. Вильсон внес на рассмотрение союзников предложение, согласно которому к Армении переходили две трети вилайетов Ван и Битлис, почти весь вилайет Эрзрум, значительная часть вилайета Трапезунд, включая и порт (около 100 тысяч кв. км). В результате территория этой «вильсоновской» Армении имела бы около 150 тысяч кв. км и получала выход к Черному морю.
Подписание договора первоначально вызвало восторг и ликование в Армении, но неожиданно быстро оно закончилось разочарованием и новыми сложностями. Мнения многих авторов, исследовавших данный документ, предысторию его подписания и нереализованные возможности, сходятся в одном – договор давал армянскому народу «исторический шанс для национального возрождения, который, к сожалению, остался на бумаге из-за противодействия Турции и усилившихся противоречий между союзниками». Но насколько исчерпывающей является подобная оценка? И для каких целей были включены в Севрский договор столь многообещающие, но заведомо труднореализуемые положения? Лишь один человек в Армении внимательнейшим образом изучил этот вопрос. Речь идет о генерал-майоре запаса Давиде Оганяне. В своей статье «Иллюзии Севрского договора» он попытался по-новому взглянуть на многие традиционные положения этого международного документа и высветить настоящие, хотя и скрытые действия союзников.
Как известно, еще в конце апреля 1920 г. в Сан-Ремо состоялась конференция, главными участниками которой стали Франция, Англия, Италия, Япония. США были представлены наблюдателями. В ходе данного международного форума были утверждены некоторые территориальные и иные условия относительно Турции. В последующем многие из пунктов принятых в Сан-Ремо решений легли в основу Севрского мирного договора. Но многие забывают, что в Сан-Ремо прозвучало и мнение британского правительства, высказанное премьер-министром Ллойд Джорджем относительно Армении и армян. Они были вполне определенными и крайне характерными для дипломатии империалистических государств во все времена. Ллойд Джордж не скрывал своего раздражения: «Если армяне не могут защитить свои границы, то... от подобного народа нет никакой пользы, и ни одно союзное государство не будет готово помочь им хоть одним батальоном». Слова весьма неприятные для народа Армении, если вспомнить, что именно Англия сделала тогда все возможное, чтобы ослабить Армению – политически, территориально, экономически… Безусловно, высказывание британского премьера является «высоким» образцом подлинной политики, проводившейся Западом в конце XIX – начале XX вв. по отношению к Армении. По свидетельству участников конференции в Сан-Ремо, отмечает армянский исследователь Р.Казанджян, уже тогда было ясно, что «союзным державам будет очень трудно создать Армению, способную защитить и отстоять себя» и «великие державы, безусловно, не смогут оказать Армении действенную поддержку», «не могут послать никаких войск на помощь армянам».
Турция тем временем не дремала. Весной 1920 года она сконцентрировала крупные силы на границе и готова была начать вторжение в Армению. Как справедливо считает Давид Оганян, лишь позиция Советской России, выступавшей в то время против этого и предложившей свои услуги в качестве посредника, предотвратила войну, вернее – оттянула ее на некоторое время. В конце лета начались переговоры в Москве. Нарком иностранных дел России Чичерин предложил армянской делегации отказаться от европейской дипломатии и передать разрешение армяно-турецкого спора Москве. Согласившись на подобное посредничество, представители Республики Армения не увидели никакого подвоха. Шок скорее был у союзников: ведь им было хорошо известно об уже начавшемся сближении Турции и советской России, что в свою очередь вело к потере ими Передней Азии.
И союзники не стали ожидать результатов, которые они предвидели. 10 августа 1920 г., когда переговоры в Москве еще продолжались, подписывается Севрский мирный договор, по сути, разделявший Турцию. Реакция преемников Османской империи была, конечно же, прогнозируема – война с Арменией. К этому времени у ангорского правительства были полностью развязаны руки. Позиция европейских держав, представленная, в частности, вышеприведенными словами Ллойд Джорджа, была всем известна. Вот еще одна его цитата, из работы «Правда о мирных договорах»: «...У держав нет средств добиться осуществления договора», и они «заведомо не могут и не собираются привести [договор] в жизнь». А прожекты Вильсона, предложенные в 1919 г., оказались простой видимостью. Никто в США не собирался направлять вооруженные силы для поддержания мира в Армении и снабжать армянскую армию оружием. Жаль, что в сегодняшней Армении не желают знать о подлинном поведении Америки. Оно всегда было и есть весьма, мягко говоря, двусмысленно. Соединенные Штаты преследуют только свои собственные интересы в каждом конкретном регионе, для чего могут пойти на любые ухищрения, на любые обещания и заверения, оказывающиеся на поверку банальной политико-дипломатической «пустышкой».
В мае 1920 г. Сенат США утвердил лишь резолюцию, позволяющую президенту направлять военные корабли и морскую пехоту в Черное море, но для спасения американцев, а вовсе не армян. А 1 июня Сенат окончательно отклонил идею о взятии США мандата на Армению. Таким образом, американское неоказание военной помощи Армении было гарантировано на законодательном уровне. Запад чуть ли не буквально подталкивает Турцию к войне с Арменией. И в сентябре 1920 г. Турция начинает крупномасштабное вторжение в Армению. 28 сентября Армения обращается за помощью к странам Антанты, а 8 октября – уже ко всему цивилизованному миру. Молчание всего этого «цивилизованного мира» было красноречивым ответом на просьбы армянского правительства. Согласно некоторым исследованиям, о которых упоминает Д. Оганян, в ноябре Россия предложила правительству Первой республики вооруженную помощь и посредничество, от которых она отказалась, до последнего надеясь на помощь Запада. Однако, по большому счету, это было уже не важно. 7 ноября 1920 г. между Турцией и Арменией было достигнуто соглашение о перемирии. Армянский народ сумел сконцентрировать все силы и героически остановил турецкое наступление, но и силы армянского народа были уже на пределе. 9 ноября турки выставляют такие требования, которые были равносильны капитуляции Армении. 18 ноября в Александрополе подписываются тяжелейшие для Армении условия перемирия. Таким образом, отказ Армении от Севрского договора был практически предрешен.
На фоне этих событий президент Вильсон идет на очередной фарс. 22 ноября он вносит на рассмотрение союзников арбитражное предложение, по которому Турция должна передать Армении примерно 100 тыс. кв. км. Невероятный случай – впервые в истории человечества выигравшая войну страна должна передать проигравшей огромный кусок территории! Известный специалист по армянской истории новейшего периода Ричард Ованнисян считал, что это решение уже не имело значения, поскольку войска Кемаля, захватив Карс, Александрополь, угрожали самому существованию Армении.
Но неужели этого не понимал Вильсон? Для чего президенту США было вносить бессмысленное предложение союзникам? К тому же ситуация в Закавказье, пути продвижения XI армии, устанавливавшей советскую власть, были хорошо известны всем заинтересованным сторонам. И когда через несколько дней в Армении провозгласили новую, «рабоче-крестьянскую» власть, ни для кого это не было неожиданностью.
Таким образом, все положения Севрского договора, касающиеся Армении, как и итоговое предложение Вильсона – совершенно неприемлемое для набиравшей силу и обзаводившейся мощными союзниками Турции – не просто являлись совершенно пустыми, а именно таковыми заранее и предполагались. Правды, честности в пунктах и статьях Севрского договора не было – была лишь попытка обмануть доверчивую, ослабленную Армению.
И если кто-то считает, что Вильсон хотел оказать Армении помощь и не знал о том, что происходило в Закавказье – это умышленное искажение фактов. Вот, например свидетельство двух американских офицеров, перепуганных реальным контактом с «революционно настроенными массами», которые подписывают уникальную по своему содержанию расписку:
«Мы, представители американской помощи, даем гарантии российской компартии в Армении в том, что все продовольственные грузы, предназначенные для Армении и находящиеся по пути в Армению, невзирая на то, будет ли у власти нынешнее империалистическое правительство или Советское Социалистическое, будут доставлены.
Александрополь, 4 мая 1920 г. Полковник Тельфорд – представитель главного директора NER, Экманн – районный командир».
Подобных свидетельств существует множество. Приведем еще один документ. В ходе обсуждения в Сенате вопроса о принятии США мандата на Армению в мае 1920 г. сенатор Томпсон прямо заявил: «...согласно последним данным, полученным с Ближнего Востока, можно предположить, что большевики уже в Армении». Получается, что американцы лучше знали обстановку в Армении, чем даже тогдашнее правительство Армении. До установления советской власти оставалось четыре месяца. Пойти на передачу входивших в состав Турции территорий Армении фактически означало бы их присоединение к России. Той самой большевистской России, которую страны Антанты и США люто ненавидели и боялись, видя в ней угрозу своему существованию и войну с которой они практически проиграли. Интересно, что данный момент был четко подмечен представителями белоэмигрантского движения: «Уж на что нелепо был задуман Версальский договор, но Севрский трактат, кажется, оставляет его в этом отношении далеко позади, - отмечал в декабре 1920 г. бывший депутат
IV Государственной думы (от Закавказья), общественный деятель Б. Нольде. – В ту минуту, когда стало совершенно ясным, что в Европе нет больше ни дозы свободной энергии для сколько-нибудь крупных политических действий, был составлен акт, для осуществления которого потребно колоссальное усилие, военное, финансовое и политическое. И сделано это было, когда все чувствовали, что инерция, приобретенная победителями во время войны, уже исчезла и ее сменила пока еще слабая, но все же подымающаяся обратная волна политического течения».
Совершенно справедлив Давид Оганян, утверждающий, что предложенные Вильсоном параграфы договора предназначались вовсе не для Армении, а в первую очередь для Турции! Севрский договор в сочетании с арбитражным положением президента США, угрожая расчленением Турции, создавал прекрасную почву для дипломатической торговли с главной целью – недопущения ухода Турции из сферы влияния западной дипломатии в сферу российской. По мнению Д. Оганяна, Севрский договор не впоследствии стал предметом торга, а изначально был предназначен для этого. А Армения, как всегда, использовалась в качестве предлога. Торг завершился в 1923 г. и увенчался отказом союзников от Севрского договора в ходе Лозаннской конференции.
Турция осталась в западном силовом поле. Армению даже не допустили на конференцию. А слова «Армения», «армяне», столь раздражающие турок, вообще исчезли из итоговых документов конференции... Вот теперь становится понятным, в какую логику укладываются и поведение союзников, и арбитражное предложение Вильсона. Становится понятным, почему цивилизованные Европа и США остались «глухи к призывам Армении» – не могли же они противодействовать своим собственным планам. Лица, подписавшие Севрский (вовсе не мирный) договор, не могли не сознавать, что тем самым подписывают смертный приговор тысячам и тысячам армян, а также в очередной раз подвергают армянский народ утонченной психологической пытке. Пытке надеждой, которой не суждено сбыться!
Севрский мирный договор давно уже умер. Но остался его призрак, что наверняка входило в замыслы и долгосрочные программы тех, кто приложил руку к составлению данного документа. Р. Ованнисян писал: «Севрский мирный договор продолжает оставаться напоминанием о праве армянского народа добиваться справедливого решения армянского вопроса». Но в Турции его не желают знать. Турецкие исследователи выпускают в России работы, подобные вышедшей недавно книге М. Перинчека «Армянский вопрос: 120 документов из российских архивов». Выборочно публикуя документы, автор заявляет, что проделанная им якобы работа доказывает, что никакого геноцида армянского народа в Турции не было. В этой связи исследования по новейшей истории армянского народа и государства представляют особую актуальность. Щедро оплачиваемой деятельности оппонентов необходимо противопоставлять адекватную альтернативу, основанную на исторической правде во всей ее полноте. Всестороннее изучение ошибок прошлого поможет избежать их в будущем.
[1]
Владимир Захаров, директор Института политических и социальных исследований Черноморско-Каспийского региона.